Архив за день: 08.03.2022

Мир Тебе, Учитель!

Мир Вам, Братья и Сестры!

Родные Сестры!

Поздравляю с Праздником Весны, Любви, Женственности — 8 Марта!

5765cb93b8e139008de885af485efcdf

Пусть Будет Солнечный Свет и Весна в Душе и в Мире Вокруг!

Пусть Свет Ваших Глаз, Ваша Мудрость и Стать сподвигают нас, Мужчин, на Достойные Поступки!

Радости и Любви!

 

С Уважением и Почитанием, Брат Вам, Ученик Валерию Ядринкину Александр Пахомов.

Мир Тебе, Родной Мне Учитель. Мир Вам Братья и Сестры.

В феврале я не публиковалась в сообществе, получила желтую карточку. Предлагаю Плату в связи с недостойной своей проявленностью.

Хотела предложить свои рассуждения на тему о женской Красе, начала было писать, но почувствовала натянутость и неестественность – об этом лучше петь, танцевать и слушать поэтов. Так и предлагаю — стихотворение Евгения Евтушенко По ягоды. Для меня это звучание Женской Красы!

По ягоды

Три женщины и две девчонки куцых,

да я…

Летел набитый сеном кузов

среди полей шумящих широко.

И, глядя на мелькание косилок,

коней,

колосьев,

кепок

и косынок,

мы доставали булки из корзинок

и пили молодое молоко.

Из-под колес взметались перепелки,

трещали, оглушая перепонки.

Мир трепыхался, зеленел, галдел.

А я — я слушал, слушал и глядел.

Мальчишки у ручья швыряли камни,

и солнце распалившееся жгло.

Но облака накапливали капли,

ворочались, дышали тяжело.

Все становилось мглистей, молчаливей,

уже в стога народ колхозный лез,

и без оглядки мы влетели в ливень,

и вместе с ним и с молниями — в лес!

Весь кузов перестраивая с толком,

мы разгребали сена вороха

и укрывались…

Не укрылась только

попутчица одна лет сорока.

Она глядела целый день устало,

молчала нелюдимо за едой

и вдруг сейчас приподнялась и встала,

и стала молодою-молодой.

Она сняла с волос платочек белый,

какой-то шалой лихости полна,

и повела плечами и запела,

веселая и мокрая она:

«Густым лесом босоногая

девчоночка идет.

Мелку ягоду не трогает,

крупну ягоду берет».

Она стояла с гордой головою,

и все вперед —

и сердце и глаза,

а по лицу —

хлестанье мокрой хвои,

и на ресницах —

слезы и гроза.

«Чего ты там?

Простудишься, дурила…»

ее тянула тетя, теребя.

Но всю себя она дождю дарила,

и дождь за это ей дарил себя.

Откинув косы смуглою рукою,

глядела вдаль,

как будто там,

вдали,

поющая

увидела такое,

что остальные видеть не могли.

Казалось мне,

нет ничего на свете,

лишь этот,

в мокром кузове полет,

нет ничего —

лишь бьет навстречу ветер,

и ливень льет,

и женщина поет…

Мы ночевать устроились в амбаре.

Амбар был низкий.

Душно пахло в нем

овчиною, сушеными грибами,

моченою брусникой и зерном.

Листом зеленым веники дышали.

В скольжении лучей и темноты

огромными летучими мышами

под потолком чернели хомуты.

Мне не спалось.

Едва белели лица,

и женский шепот слышался во мгле.

Я вслушался в него:

«Ах, Лиза, Лиза,

ты и не знаешь, как живется мне!

Ну, фикусы у нас, ну, печь-голландка,

ну, цинковая крыша хороша,

все вычищено,

выскоблено,

гладко,

есть дети, муж,

но есть еще душа!

А в ней какой-то холод, лютый холод…

Вот говорит мне мать:

»Чем плох твой Петр?

Он бить не бьет,

на сторону не ходит,

конечно, пьет,

а кто сейчас не пьет?»

Ах. Лиза!

Вот придет он пьяный ночью,

рычит, неужто я ему навек,

и грубо повернет

и — молча, молча,

как будто вовсе я не человек.

Я раньше, помню, плакала бессонно,

теперь уже умею засыпать.

Какой я стала…

Все дают мне сорок,

а мне ведь, Лиза,

только тридцать пять!

Как дальше буду?

Больше нету силы…

Ах, если б у меня любимый был.

Уж как бы я тогда за ним ходила,

пускай бы бил, мне только бы любил!

И выйти бы не думала из дому

и в доме наводила красоту.

Я ноги б ему вымыла, родному

и после воду выпила бы ту…»

Да это ведь она сквозь дождь и ветер

летела молодою-молодой,

и я —

я ей завидовал,

я верил

раздольной незадумчивости той.

Стих разговор.

Донесся скрип колодца —

и плавно смолк.

Все улеглось в селе.

и только сыто чавкали колеса

по втулку в придорожном киселе…

Нас разбудил мальчишка ранним утром

в напяленном на майку пиджаке.

Был нос его воинственно облуплен,

и медный чайник он держал в руке.

С презреньем взгляд скользнул по мне,

по тете,

по всем дремавшим сладко на полу:

«По ягоды-то, граждане, пойдете?

Чего ж тогда вы спите?

Не пойму…»

За стадом шла отставшая корова.

Дрова босая женщина колола.

Орал петух.

Мы вышли за село.

Покосы от кузнечиков оглохли.

Возов застывших высились оглобли,

и было над землей сине-сине.

Сначала шли поля,

потом подлесок

в холодном блеске утренних подвесок

и птичьей хлопотливой суете.

Уже и костяника нас манила,

и дымчатая нежная малина

в кустарнике алела кое-где.

Тянула голубика лечь на хвою,

брусничники подошвы так и жгли,

но шли мы за клубникою лесною —

за самой главной ягодой мы шли.

И вдруг передний кто-то крикнул с жаром:

«Да вот она! А вот еще видна!..»

О, радость быть простым, берущим, жадным!

О, первых ягод звон о дно ведра!

Но поднимал нас предводитель юный,

и подчиняться были мы должны:

«Эх, граждане, мне с вами просто юмор!

До ягоды еще и не дошли…»

И вдруг поляна лес густой пробила,

вся в пьяном солнце, в ягодах, в цветах.

У нас в глазах рябило.

Это было,

как выдохнуть растерянное «ах!»

Клубника млела, запахом тревожа.

Гремя посудой, мы бежали к ней,

и падали,

и в ней, дурманной, лежа,

ее губами брали со стеблей.

Пушистою травой дымились взгорья,

лес мошкарой и соснами гудел.

А я…

Забыл про ягоды я вскоре.

Я вновь на эту женщину глядел.

В движеньях радость радостью сменялась.

Платочек белый съехал до бровей.

Она брала клубнику и смеялась,

смеялась,

ну, а я не верил ей.

Но помню я отныне и навеки,

как сквозь тайгу летел наш грузовик,

разбрызгивая грязь,

сшибая ветки,

весь в белом блеске молний грозовых.

И пела женщина,

и струйки,

струйки, пенясь,

по скользкому стеклу стекали вкось…

И я хочу,

чтобы и мне так пелось,

как трудно бы мне в жизни ни жилось.

Чтоб шел по свету

с гордой головою,

чтоб все вперед —

и сердце, и глаза,

а по лицу —

хлестанье мокрой хвои

и на ресницах —

слезы и гроза.

 

 

1955

 

Пусть Будет Мир в Сердцах и Домах Наших!

С Любовью, Ученица Тебе, Учитель, и Сестра Вам, Братья и Сестры, Наталья Мильчарек

 

 

 

Мир Тебе, Брат Валерий!

Мир Вам, Братья и Сестры!

Родные Сестры!

Поздравляю Вас с Праздником 8 Марта, с Международным Женским Днем! Желаю Вам Радости и Прекрасного Весеннего Настроения!

Дарю Песню «Куда бежишь, тропинка милая». Стихи написал поэт Антон Пришелец. А музыку — композитор, всю жизнь проживший в городе Свердловск — Евгений Родыгин. Он также является автором музыки к песням Белым снегом, Едут новоселы, Ой, рябина кудрявая. Евгений Родыгин прожил долгую жизнь и много работал с Омским народным хором, в исполнении которого  и звучит эта Песня.

https://youtu.be/__f831e8SDY

С Уважением,

Брат Тебе, Брат Валерий

и Вам, Братья и Сестры,

Тадэуш Мильчарек

Мир Вам, Родные Сестры! Поздравляю Вас с праздником восьмое марта! Желаю Вам семейного счастья, здоровья и всего самого лучщего на пути к истине! Молюсь за Вас! Дарю Вам песню Булата Окуджавы «Молитва»:

https://www.youtube.com/watch?v=-EqmtjPI9TU

Да будет свет истинной любви в нашем мире! Ура!

С уважением, Виктор Пантелеев

Темы Записей
Март 2022
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Фев   Апр »
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031